Касабланка (1942)

В 1940 году драматург Мюррэй Барнетт вместе с Джоан Элисон сочинил пьесу «Все приходят к Рику», которая и легла в основу фильма. В театре эта пьеса так и не была поставлена.
В сценарный отдел студии Warner Bros. пьеса попала 8 декабря 1941 года, а 31 декабря продюсер будущего фильма Хэл Б. Уоллис дал ей другое название – «Касабланка».
Сценаристы фильма Джулиус и Филип Эпштейны – братья-близнецы, не работавшие вместе до 1938 года.
Третий автор сценария, Ховард Кох, был автором нашумевшей радиопостановки «Война миров», вызвавшей панику среди миллионов американцев (они поверили в то, что на Землю напали марсиане).
Братья Эпштейн закончили работу над сценарием за три дня до начала съемок, к которым приступил режиссер Майкл Кёртиц 25 мая 1942 года. Ховард Кох завершил свой вариант сценария через две недели после начала съемок.
Во время работы над сценарием Эпштейны и Кох находились в разных местах.
Финал фильма не могли придумать до самого конца съемок.
В 80-х годах сценарий картины, смеха ради, разослали по разным голливудским студиям и кинокомпаниям под его первым названием. Многие не узнали в нем «Касабланку» и посчитали, что этот сценарий недостаточно хорош, чтобы по нему можно было снять приличное кино.
Большинство актеров, сыгравших роли нацистов, по национальности евреи.
Ни Богарт, ни Бергман не были первым выбором режиссера. Поначалу на главную роль планировался находившийся тогда в зените голливудской славы актер Рональд Рейган — будущий президент США. А ведущий женский образ должна была сыграть актриса Мишель Морган, потребовавшая гонорар в $55 тыс. Продюсер отказался платить эти деньги, когда выяснилось, что Ингрид Бергман согласна на сумму, вполовину меньше.
В кинофильме «Чёрная кошка, белый кот» (реж. Эмир Кустурица, 1998) герой фильма Грга неоднократно просматривает финальные кадры «Касабланки» с фразой, которую он повторяет и цитирует: «Я думаю, это послужит началом большой дружбы».
Вложенная в уста капитана Рено ироническая формулировка «обычные подозреваемые» была вынесена в название культового фильма 1990-х.
Пол Хенрейд, которому досталась роль Ласло, не ладил с другими актёрами, Ингрид Бергман считала его «примадонной», а сам Хенрейд пренебрежительно отзывался об актёрских способностях Хамфри Богарта.
По воспоминаниям Бергман, из-за её высокого роста режиссёр заставлял низкорослого Богарта вставать на подставки или садиться на подушки, когда они снимались вдвоём. Сразу по завершении съёмок Бергман коротко постриглась для своего следующего фильма, что сделало невозможной пересъёмку тех или иных сцен.
Композитор Макс Штайнер написал музыку к фильму, чередуя мотивы двух основных мелодий — романтической темы «As Time Goes By» (из мюзикла 1931 года) и патриотической «Марсельезы».
Знаменитая финальная строчка Богарта — «Я думаю, это послужит началом прекрасной дружбы» — была написана по завершении съёмок и озвучена Богартом примерно через месяц после окончания работы над фильмом.
В связи с высадкой союзников в Африке возникли планы доснять ещё одну сцену с участием Рика и Рено, но от них пришлось отказаться из-за занятости актёров в других проектах. Кроме того, против новой концовки возражал влиятельный продюсер Дэвид О. Селзник.
Премьера фильма была приурочена к попаданию города Касабланка на первые полосы американских газет: в ноябре 1942 года союзные войска заняли Касабланку, а в январе 1943 года там прошла встреча Рузвельта и Черчилля. Учитывая это обстоятельство, в «Warner Bros.» решили не откладывать премьеру фильма. Впрочем, американские солдаты в Северной Африке его не увидели: власти не хотели провоцировать многочисленных во французских колониях сторонников вишистского режима.
С 1957 года многие кинотеатры стали крутить фильм в течение летних экзаменов, первоначально в Гарварде, а потом и в других университетах. А двадцать лет спустя было подсчитано, что «Касабланка» чаще любого другого фильма демонстрируется по американскому телевидению. Чтобы ещё больше облегчить процесс приобщения к фильму новых поколений телезрителей, Тед Тёрнер в 1980-е годы профинансировал колоризацию «Касабланки». Этот шаг вызвал неоднозначную реакцию в стане любителей кино: сын Богарта, к примеру, сравнил раскрашивание фильма с приделыванием рук к Венере Милосской.
Сценарий закончили писать всего за три дня до начала съемок, а финал картины не могли придумать до последнего съемочного дня. А когда Ингрид Бергман спросила, в кого же влюблена ее героиня, режиссер Майкл Кёртиц предложил ей играть так, как будто она колеблется в чувствах между двумя мужчинами.